Клад.

Автор: Misha. 30 Ноя 2008 в 21:18

Совсем недавно я обнаружил у себя в кладовке кучу черно-белых негативов. Попросил известного фотохудожника Сергея Жуковского, просканировать на его компьютере и отобрать то, что будет на его взгляд интересным. Оказалось на удивление много. Есть кадр, где молодой Александр Ширвиндт дает интервью молодому Володе Мозговому, сегодня известному журналисту. Ужин у нас дома в Магнитогорске с З. Гердтом и кадры с гастролей в Ереване и посиделки с Сергеем Юрским и еще много всего разного, о чем я решил рассказать чуть позже.

Театр и его жители

Оксана Гудкова

Вот давно эта история сидит в памяти. А все никак не отважусь записать. Все думал, успею и ничего не забуду. Забывается главное - дух, настроение, память на запахи и прочие важности.

Я долго помнил запах того утра в Париже. И мог перечислить море разных запахов, что оседали на эту улочку вблизи церкви в пятом часу утра октября 1982 года.

Пахло свежим хлебом из пекарни, помытая брусчатка переулка - пахла мокро и еще чуть ночью.

А лучший запах долетал из полуоткрытой двери кафе. Предпоследняя ночь во Франции заканчивалась.

И пока не брызнули солнечные зайчики по этим готовым засиять витринам, по этим листочкам, по этим стоящими на тротуаре стульям, что вот так облокотившись на столик остывают от веселой ночной кутерьмы.

Не расскажешь ведь никому когда вернешься.

Сам не веришь, что так бывает, что так вот живут, среди всего этого волшебства.

Короче, мы ввалились в это пустое кафе. Из полумрака выглядывали мощные старые столы. Простые без скатертей, не меньше чем лет двести им. Возле столов простые лавки сразу для десятка разных мушкетерских жоп. И мы, просто рухнули на эту лавку и навалились на этот стол.

Сил просто не было. Лежим. Молчим.

Прямо из воздуха появились большие белые чашки с кофе. Запах! Цвет! Вкууууус!

И появился парень. Он, молча, прошел к роялю, что стоял посреди кафе под арочным сводом. Глянул на нас. Увидел Оксану, что сидела вся такая матово точеная, сел и заиграл. В пятом часу утра… Это была французская музыка!

Он просто смотрел на нашу Оксану Гудкову, и просто играл. Какой - то блюз. И все.

И мы оказались на улице. И как она рыдала. И как она причитала завывая: - Не хочу, не могу…

И все понимали про что она. Слезы стояли в наших глазах. Надо было идти в автобус.

Франция в 1982 году

Все мы думали, что не забудем ни минутки из той картинки, а прошло более четверти века и из непрерывной ленты фильма «Театр Буратино уехал во Францию» воспоминания стерлись, может быть и неважные, но кто знает, а вдруг именно они и происходили для того, чтоб сложилась картинка дальнейшей нашей истории.

Мы стояли на насыпи возле вагона, сейчас его поднимут домкраты и поменяются колесные пары. Кончилась Европа надо переобуться, шире расставить колеса Россия это вам не хлипкая деликатность, тут почва другая и ноги надо ставить шире, чтоб не провалиться и не засосало…

Мы смотрим вниз под насыпью колючка и бетонная стенка отсюда и не далеко и не высоко. Там еще ФРГ, а тут уже ГДР. Витя затаптывает сигарету и тихо произносит: - Последний шанс.

Я говорю хрипло:- Ну, пошли…

Мы делаем два решительных шага и поворачиваем головы.

Они все замерли за окнами. До сих пор я ощущаю этот взгляд.

Вот Света с Люсей застыли в раме окна, слегка отвисла челюсть у Светки:- А мы как же?

Сверкнули очки Лиды, она смотрит на мужа, ее взгляд говорит Марку:

- А мы с Машкой как?

Вот Альбина говорит глазами:- Ну что испробовали? А дальше?

Вижу, как бледнеет щека у Вити.

Как напряженно пытается в вагоне загладить все судорожным смехом Женя…

Только сейчас понял, почему не написал об этом ведь столько времени прошло.

Просто боялся остальным навредить.

Они ведь ни в чем не виноваты, а шутка могла бы и ….

Поезд шел так Франция-Бельгия, Западная Германия-Восточая Германия. Польша, Белоруссия, Чоп- Москва Белорусский вокзал.

А на перроне снег и слякоть и мы с чемоданами и декорациями и нам на Казанский.

Отправить ящики с реквизитом бесконечная проблема слабости тары. Поддатый парнишка выторговывает мзду за ленту и гвозди. Потом начинается торг за молоток. Я не выдержал, что там сыграло сияющие окна Версаля или грязная польская лошаденка, запряженная в плуг мелькнувшая за окном вагона. Но схватил я этого доходягу за горло, одной левой приподнял, придавил к стенке и начал с ним говорить. Матом. Все застыли.

Молоток уже стучал по ящику - укрепляя тару, и работник багажного уже не был пьяным, а Александр Иванович отвел меня в сторонку и выговаривает, что так нельзя.

Меня колотит, самому тошно, но дело сдвинулось. Нельзя путать туризм с ПМЖ (постоянным местом жительства).